Банковскую тайну раскроют судебным приставам

   Верховный суд поддержал ФНС в споре со Сбербанком о том, имеют ли приставы право на доступ к информации обо всех счетах клиента. Позиция суда: утаивать информацию недопустимо, даже если может быть нарушена банковская тайна.
   На прошлой неделе была опубликована мотивировочная часть определения Верховного суда (ВС) по спору Сбербанка с Федеральной налоговой службой России (ФНС), в котором рассматривался вопрос об обязанности банка информировать судебных приставов (они исполняли решение суда по спору ФНС с клиентом Сбербанка в пользу налоговиков) о наличии у предпринимателей счетов в банке, даже если это повлечет нарушение банковской тайны. Текст документа размещен на сайте Верховского суда. Из него следует, что отказ в предоставлении информации приставам по формальным основаниям допустим далеко не всегда.В резолютивной части определения, опубликованной еще 21 сентября, обоснования позиции ВС не было. Теперь, когда появилась мотивировочная часть, стали ясны аргументы суда. И хотя окончательное решение по спору формально не вынесено и ВС направил дело на пересмотр в первую инстанцию, использованные им аргументы свидетельствуют, что он, скорее, поддержал налоговиков, считают юристы. Суду первой инстанции предписано в том числе рассмотреть вопросы об ответственности банка за нарушение законов об исполнительном производстве и судебных приставов и о необходимости соблюдения банковской тайны, следует из решения ВС."Позиция Верховного суда по этому делу сводится к тому, что суд фактически встал на сторону ФНС России, по сути переоценив взгляды всех нижестоящих судов по частному вопросу. В этом плане определение Верховного суда представляет значительный интерес", - говорит заместитель председателя правления, начальник юридического департамента Ланта-банка Дмитрий Шевченко.

   РБК разбирался, какое влияние окажет это решение Верховного суда на банки. Суть спора: ФНС в ходе проверки доначислила предпринимателю - клиенту Сбербанка более 12 млн руб. налогов и отправила инкассовые поручения в банк о взыскании с его расчетного счета этих средств. Они исполнены не были, так как средств на расчетном счете не оказалось. После этого налоговики пошли в суд - для обращения взыскания на иное имущество предпринимателя, в том числе другие банковские счета. Суд поддержал ФНС, и во исполнение этого решения уже приставы запросили у Сбербанка информацию об иных банковских счетах. Сбербанк не уведомил судебных приставов о наличии у предпринимателя отдельного личного депозитного счета. При этом он продолжал принимать с этого счета платежи по выданному им ранее предпринимателю кредиту. После этого ФНС обратилась в суд с иском уже к Сбербанку - с заявлением об оспаривании сделки по погашению кредита. Налоговики посчитали, что банк действовал недобросовестно, не ответив на запрос судебного пристава и позволив предпринимателю погасить кредит с депозитного счета, в то время как задолженность перед бюджетом по налогам оставалась непогашенной. По мнению налоговой службы, Сбербанк доподлинно знал о задолженности предпринимателя перед ФНС, поскольку располагал сведениями о предъявленных и неисполненных инкассовых поручениях. Кроме того, банк участвовал в судебных процессах, в которых ФНС оспаривал сделки по отчуждению имущества предпринимателя. Такой подход Сбербанка, по мнению налоговиков, был умышленным и нарушил законы об исполнительном производстве и судебных приставах. "Безусловно, тот факт, что Сбербанк использовал деньги должника на погашение собственного кредита на фоне неуплаты бюджетных платежей, дал возможность налоговому органу говорить об умысле в действиях банка. Это серьезный аргумент в пользу того, что банк действительно злоупотребил правом", - считает Дмитрий Шевченко. Юристы, представлявшие интересы Сбербанка в суде, отрицали недобросовестность и заявили, что банк действовал, исходя из принципа банковской тайны по закону о банках и банковской деятельности. Представители Сбербанка указали, что в запросе судебного пристава была неверно указана фамилия предпринимателя - пристав ошибся в одной букве. По мнению Сбербанка, предоставление информации возможно только при абсолютно точном указании фамилии, имени и отчества. Иное, заявили представители банка в суде, явилось бы нарушением банковской тайны. И поначалу Сбербанку удавалось выигрывать. По мнению старшего юриста, адвоката "Лемчик, Крупский и Партнеры" Кирилла Понасюка, злоупотребления правом со стороны Сбербанка не было. Исходя из сложившейся практики, банк обязан отвечать строго на запрос пристава, даже если он располагает дополнительной информацией. Если банк при обработке запроса пристава обнаружит в общем реестре счетов другого клиента со схожей фамилией, он не вправе самостоятельно указать приставу о наличии счета своего клиента с фамилией, схожей у должника. Таково требование ФЗ "О банках и банковской деятельности", в частности ст. 26 "Банковская тайна". Банк также не обязан проводить дополнительную проверку информации о должнике сверх указанной в запросе, добавляет Кирилл Понасюк.
   Аргумент касательно банковской тайны действительно заслуживает внимания, соглашается юрист арбитражной практики Vegas Lex Семен Лопатин. Если запрос был сформулирован с ошибками, банк не должен предоставлять информацию по иным лицам, так как это будет прямым нарушением законодательства о банковской тайне и может повлечь для банка и сотрудников гражданскую, административную и даже уголовную ответственность, размышляет Лопатин. Собственно, с похожей аргументацией суды нижестоящих инстанций и выносили решения в пользу Сбербанка.

Перспективы дела: Однако Верховный суд с такой аргументацией не согласился. Теперь, как считают опрошенные РБК юристы, при пересмотре дела в суде первой инстанции больше шансов у ФНС. По мнению юриста Vegas Lex Анны Евдокимовой, "это очень необычная ситуация, когда суд рекомендует налоговому органу уточнить правовую позицию определенным образом". ФНС оспаривает сделку, то есть погашение кредита с личного счета предпринимателя, суд же предложил напрямую взыскивать убытки, так как взыскание убытков позволит налоговикам полностью погасить задолженность перед бюджетом, рассуждает она. "Как показывает практика, в спорах о взыскании убытков в пользу бюджета чаще выигрывают налоговики", - отмечает Евдокимова.РБК обратился к юристам с вопросом, как пересмотр дела может повлиять на взаимоотношения банков и налогового ведомства. По их мнению, решение ВС означает, что отказ только по формальным признакам в предоставлении приставам информации о клиентах недопустим. В данном случае у Сбербанка, исходя из материалов дела, была вся необходимая информация для идентификации клиента. В связи с этим Верховный суд определил, что отказывать по формальным признакам (описка в запросе от приставов, как в данном случае) нельзя. И банки теперь должны учитывать данную позицию Верховного суда, сообщила РБК руководитель юридического департамента банка "ЮниКредит" Наталья Окунева. "Наш банк всегда действует, исходя из требований закона: и в отношениях с ФНС, со службой судебных приставов и в отношениях с клиентами", - указала она.Если суд первой инстанции вынесет решение в пользу ФНС, это будет прецедентом, который, возможно, повлечет пересмотр сложившихся правил игры, считает старший юрист "Лемчик, Крупский и Партнеры" Кирилл Понасюк. Банкам придется проводить дополнительные проверки клиентов в спорных случаях, например неточном указании имени предпринимателя либо реквизита организации, заключил Понасюк.

Источник: РБК http://www.rbc.ru/finances/11/10/2017/59de31089a7947250f65895b?from=newsfeed

12.10.2017